demir dokum

Высокая налоговая нагрузка на трудовые доходы

В числе отступлений от принципов социального государства следует назвать и высокую налоговую нагрузку на трудовые доходы. Согласно этим принципам ставки налогов на зарплату должны быть ниже, чем по доходам от капитала, а низкие заработки (меньше прожиточного минимума) вообще освобождены от налогообложения. Однако в России одним из самых высоких является социальный налог, который рассчитывается в проценте от фонда оплаты труда. Его плательщики — работодатели — относят его не на свой доход, а на трудовые издержки, поэтому данный налог выступает косвенным обложением именно зарплаты. Ставки этого налога в пересчете на оплату труда до 2005 г. устойчиво превышали ставки по доходам от капитала. А послабления предоставлены не малооплачиваемым, а, наоборот, высокооплачиваемым работникам благодаря регрессивной шкале социальных выплат (в 2003 г. под регрессию попадали предприятия со средней зарплатой, почти в 1,5 раза превышающей среднюю по экономике).

Необходимо сказать, что подобный тип ранжирования налогов не характерен не только для социального, но и либерального государства, так как, по сути, он является не капиталистическим, а феодальным. В современном мире данный тип наблюдается в периферийных экономиках, в которых основное налоговое бремя лежит на наемных работниках и мелком бизнесе, а средний и особенно крупный бизнес имеет черты "праздного" (рентоориентированного) класса (Амосов. Экономическая и социальная эволюция..., 2003. С. 136). В этих же экономиках происходит коррупционное сращивание государственной бюрократии с предпринимательской элитой, интересы которых предопределяют выбор либерального проекта. Здесь уместно отметить, что сближение российской экономики с периферийными хозяйствами констатируют многие исследователи, а остроту проблемы коррупции в России признают и сами представители исполнительной власти.

Глубинной причиной того, что российское государство тяготеет не к социальной, а к либеральной модели, является отсутствие в нем гражданского консенсуса между государственной бюрократией, предпринимательским меньшинством и остальным населением. Благодаря такому консенсусу меньшинство получает право обогащаться за счет свободных экономических инициатив, а большинству должны быть гарантированы минимум жизненных благ и меры социальной защиты. В государствах индустриальных обществ эти гарантии должны распространяться в первую очередь на наемных работников.

Как показывает опыт западных стран, достижение гражданского консенсуса требует сильных позиций работающих по найму, выраженных через институционализацию их интересов в традициях рабочих и профсоюзных движений. Не случайно социальная политика государств, реализующих идею всеобщего благосостояния, чаще всего именуется социал-демократической. Она отражает соотношение политических "весов" труда и капитала, от которого зависит степень социальности государства и его ориентация на "жесткий" или "осторожный" капитализм. Стремление к гражданскому консенсусу может быть инициировано и самим государством, если элита общества осознает необходимость стратегического развития страны как самостоятельного национального образования. Об этом говорит политическая практика ряда новых индустриальных экономик (например, Южной Кореи).

Если же гражданский консенсус даже при наличии его атрибутики реально не сложился, то социальная политика, как это происходит в России, носит остаточный характер, продиктованный нестратегичными интересами бизнеса и государственной бюрократии. В таких условиях приоритетно незащищенной группой оказываются работники, которые транслируют свою незащищенность в другие слои населения.

Прокладка коммуникаций