demir dokum

Спрос на труд

Ситуация начала меняться с 2001 г., когда восстановительный по своему характеру экономический рост стал повышать уровень сложности труда. Спрос на труд не просто расширился, но и сопровождался опережающим нарастанием потребности в квалифицированных работниках. Но предприятия столкнулись с ограничениями, которые проявились как последствия предшествующего подрыва системы воспроизводства трудовых ресурсов.

Так, в годы спада часть квалифицированного персонала перешла в более доходные виды деятельности, в том числе с потерей квалификационного статуса. Сказался также отток из страны образованных и опытных работников, особенно в сфере научно-технических разработок, который превратился в реальную угрозу перспективному развитию. Из-за разрушения системы профессиональной подготовки, по данным Российского союза промышленников и предпринимателей, средний возраст квалифицированных рабочих вплотную приблизился к пенсионному, эта категория производственного персонала стала одной из самых дефицитной. На ряде предприятий кадровым службам пришлось даже заняться розыском уволившихся рабочих и специалистов.

Настоятельная необходимость привлечения и закрепления квалифицированных кадров путем материального стимулирования обусловила в 2001-2002 гг. повышение реальной зарплаты на 16-20%, которое опередило рост ВВП и производительности труда. Этот процесс был не только восстановительным, но и компенсаторным (компенсирующим предшествующее рентное перераспределение и "недовоспроизводство" квалифицированных работников). Но с 2003 г. его инерция начала затухать, так как невозможность дальнейшего наращивания трудовых издержек вынудила предприятия перейти к тактике увольнений. Компенсаторный характер повышения реальной зарплаты тем не менее не позволил ни устранить дефицит квалифицированных кадров, ни восстановить воспроизводственную функцию зарплаты.

Несмотря на то что благодаря значительному повышению реальной зарплаты численность работников, зарабатывающих ниже прожиточного минимума, на рубеже 2001-2002 гг. снизилась с 45% до трети, для восстановления воспроизводственной функции этого не достаточно. В России с учетом типичной для работников иждивенческой нагрузки данный показатель должен составлять не более 7% занятых (Социальная защита населения, 2002. С. 143). Только тогда зарплата сможет противодействовать "проеданию" трудоспособности и бедности работников, на долю домохозяйств которых все еще приходится до половины бедных слоев населения (Доклад о развитии человеческого потенциала..., 2003. С. 57).

Бедность работников в России — феномен, который в концентрированном виде обнажает противоречия либерального курса как экономической, так и социальной политики. Борьба с бедностью, реализуемая средствами экономической политики, из-за децентрализации регулирования зарплаты спущена на уровень предприятий. Как показывает практика, они с решением этой проблемы не справляются. В рамках социальной политики инструментами воздействия на бедность является установление минимальной зарплаты в структуре ETC и адресная помощь бедным (малоимущим). Но минимальная ставка ETC до уровня прожиточного минимума все еще не доведена, а адресная поддержка для работников не предназначена и на сокращение бедности не нацелена (подробнее — в пятой главе).

Чтобы понять, почему меры по сокращению бедности работников встречаются с большими трудностями, следует остановиться на статистических нормативах минимальной оплаты труда, которые, как отмечалось, варьируются в диапазоне от 33 до 50% средней зарплаты и обычно отсекают от совокупности работников не более 5-10% тех, кто зарабатывает меньше. Напомним, что в России прожиточный минимум трудоспособного человека вошел в этот диапазон с 2001 г. и в 2003 г. достиг "золотой середины" — 40%-ного уровня. Однако данного размера минимальной зарплаты бюджетные ресурсы пока не выдерживают. Поэтому возьмем за образец самый низкий 33%-ный уровень, который близок к 30%-ному нормативу, рекомендуемому Всемирным банком.

Расчеты на основе данных официальной статистики за 2002 г. показывают, что 33%-ный норматив составлял 73% "трудоспособного" минимума и был в 3,5 раза выше минимальной ставки ETC. Но от совокупности работающих по найму он отсекал не 10%, а почти 25%. Такой норматив является завышенным. Если же отталкиваться от порога в 10% работников, то ему соответствовала зарплата на уровне 18% средней по экономике, которая превышала минимальную ставку ETC вдвое. Однако 18%-ный норматив тоже не вписывается в статистические закономерности.

Прокладка коммуникаций