demir dokum

Мобильный трудовой потенциал

Ограниченная емкость рынка труда создает еще одну трудность для дополнительной занятости малооплачиваемых работников. В острой конкуренции за рабочие места выигрывают не столько самые нуждающиеся, сколько обладатели более мобильного трудового потенциала. В Вязниках этим может быть объяснена сравнительно высокая активность в подработках тех, чьи заработки превосходят прожиточный минимум. Для подтверждения отберем квалификационные и отраслевые группы, в которых участие в дополнительной занятости выше среднего уровня, и сравним: средние заработки в данных группах со средним трудовым доходом всех работников; средние заработки подрабатывающих респондентов в этих группах со средним по группе трудовым доходом. Средние показатели рассчитаны по заработкам на основной работе.

Согласно данным таблицы, наиболее значительная активность в подработках характерна для работников высокой квалификации и занятых в отраслях, которые в обоих городах отличаются самыми низкими показателями оплаты труда. Эти примеры демонстрируют, что вовлечение в дополнительную занятость зависит от двух основных факторов — материальных стимулов и конкурентных качеств трудового потенциала. В Санкт-Петербурге подработки предопределены действием обоих факторов, практически во всех квалификационных и отраслевых группах подрабатывали респонденты с заработками ниже среднегрупповых. В Вязниках в ряде групп, трудовые доходы дополнительно занятых превышали средние характеристики, т.е. фактор качества трудового потенциала доминирует над материальными стимулами. Это признак напряженного рынка труда, который отсекает от дополнительной занятости слабоконкурентных претендентов. В результате в Санкт-Петербурге в составе малооплачиваемых подрабатывали 25% работников, в Вязниках — 6,5%, что в малом городе явно недостаточно для решения проблемы малооплачиваемости.

Эффективность подработок с точки зрения сокращения малооплачиваемости оценивается через изменение доли работников с трудовыми доходами ниже прожиточного минимума. В Санкт-Петербурге подработки снизили эту долю на треть — до 15,6% работников. Результат можно считать положительным, данный уровень малооплачиваемости обусловливает достаточно низкий уровень бедности. В Вязниках доля работников с заработками ниже прожиточного минимума сократилась только на 10% и достигла 63%. Данный уровень остается сильным продуцентом бедности, поэтому эффективность подработок ничтожна.

Столь существенные поселенческие различия эффективности дополнительной занятости объясняются не только разным процентом участия, но другими обстоятельствами.

Во-первых, это расхождения дополнительных заработков, превосходящие разницу между основными. Если средний трудовой доход на основной работе (в количестве прожиточных минимумов) в Санкт-Петербурге был выше втрое, то средний приработок — в 5 раз.

Во-вторых, это вариация недостающего трудового дохода, т.е. разница между прожиточным минимумом и заработками на основной работе.

Чтобы компенсировать недостающий доход, в Санкт-Петербурге у трети малооплачиваемых работников дополнительный заработок должен быть не меньше основного, у 20% — от основного до его трети и почти у 50% — в пределах трети. В Вязниках как минимум "повторение" основного заработка необходимо для 43% малооплачиваемых и для 30% — его дополнение в рамках трети. Иными словами, в малом городе для преодоления малооплачиваемости, масштабы которой втрое выше, чем в мегаполисе, требуется значительно более высокая трудовая активность. И это при том, что в малом городе у работников менее квалифицированный трудовой потенциал, а рынок труда является более напряженным. Работающие пенсионеры, чьи заработки дополняются пенсией, в Вязниках составляют 7% работников, тогда как в Санкт-Петербурге — 13%.

Прокладка коммуникаций