demir dokum

Государственное пособие на ребенка

Если жилищные компенсации и социальная помощь с самого начала имели адресный характер, то пособие на ребенка (в обиходе — детские пособия) перекочевало в адресную помощь из системы социального обеспечения. В этом качестве оно появилось на популистской волне первых лет реформ, но к середине 90-х годов выплата пособий стала противоречить финансовым ресурсам государства. Из-за хронических задержек выплату сначала ограничили семьям с доходом до двух прожиточных минимумов (1998 г.), а с 2001 г. право на пособие имеют только малоимущие семьи.

До последнего времени пособие на ребенка являлось самым унифицированным видом адресной помощи. Его "адресаты" — семьи с детьми до 16 лет (учащиеся — до 18 лет) с душевым доходом в пределах прожиточного минимума в субъекте Федерации. Денежная выплата на каждого ребенка производилась ежемесячно по единым для страны ставкам. Основанием для ее прекращения служило повышение доходного статуса семьи. Несмотря на то, что по форме пособие на ребенка стало относиться к адресной помощи, т.е. поддержке малоимущих, по существу оно все так же выполняло функцию социального обеспечения.

Из-за этой двойственной роли организация данного вида помощи содержала "родимые пятна" прежней системы, в рамках которой назначение пособия осуществлялось по категориальному основанию — наличию в семье несовершеннолетних детей. С переходом к выплате пособия только малоимущим на первый план должен был выйти другой признак — нуждаемость, обусловленная детским иждивением. Для ее выявления необходимо установить доходный статус семьи, иначе не будет гарантии, что помощь поступит "по адресу".

Чтобы определить доходный статус, следует обращаться к ячейке совместно проживающих лиц с общим бюджетом. Именно уровень данной ячейки, или домохозяйства, является базовым для расчета душевого дохода, который и сопоставляется с прожиточным минимумом. Однако учет домохозяйства так и не был введен. Семьей, как и прежде, признавалась ячейка живущих вместе родителей (опекунов) и несовершеннолетних детей, которая, подтверждая наличие детского иждивения, подходит для установления категориального, но не доходного статуса.

Недостаточность подобной трактовки семьи отчетливо видна на примере сложных семейных домохозяйств. В их состав могут также входить бабушки и дедушки, взрослые дети, другие родственники, от количества которых и их вклада в семейный бюджет зависит величина душевого дохода. Если они из учета исключены, то доходный статус ячейки "родители — дети" либо завышается, либо занижается, а значит, искажается и право на пособие.

Но самой слабой стороной определения доходного статуса семьи являлся контроль доходов как следствие внедрения принципов адресной помощи в систему социального обеспечения. Данная система опирается на устойчивые факторы уязвимости, которые сравнительно просто фиксируются и не нуждаются в постоянном пересмотре. Иное дело — принадлежность к малоимущим. Это сложная расчетная характеристика на основе сведений, достоверность которых необходимо проверять. Кроме того, душевые доходы — показатель "плавающий" и требующий регулярного мониторинга. Поэтому переход на адресные принципы влечет за собой затратные процедуры определения статуса получателей.

Сложность проблемы состоит в том, что родители несовершеннолетних детей в своем большинстве являются трудоспособными, а потому контроль их доходов должен быть особо тщательным. Неготовность к такому контролю обусловила формальный подход к статусу малоимущих. Так, для назначения пособия документы о доходах не требовались, заявители указывали их самостоятельно. Для гарантии достоверности они давали подписку, что предоставленные сведения верны. Но в условиях, когда сокрытие доходов стало, чуть ли не хорошим тоном и не приводило к ощутимым санкциям, ценность подобной гарантии была не велика. Поэтому в качестве подстраховки социальным службам было дано право выборочно провести проверку на предприятиях, названных заявителями местом их работы.

Прокладка коммуникаций